Этот вступительный бейт открывает газель, погружая читателя в атмосферу весеннего возрождения, которое здесь представлено не просто как природное явление, а как теофания — божественное проявление. Первая строка «Время весеннее настало, взгляни — сад полон гурий и пери» призывает к созерцанию. Цветущий сад (بستان) сравнивается с раем, населенным гуриями и пери — небесными девами, символизирующими совершенную, неземную красоту. Этот образ сразу задает мистический тон: весна — это не смена времен года, а откровение скрытой реальности, прорывающейся в мир форм.

Вторая строка углубляет эту идею через мощную аллюзию: «Словно Сулейман пред воинством явил свой перстень». Перстень Сулеймана (Соломона) — символ божественной власти над всеми мирами, включая мир духов (джиннов) и природы. Его явление своему воинству (سپه) — это акт, утверждающий космический порядок и демонстрирующий силу, исходящую от Бога. Так же и приход весны — это не случайность, а проявление божественной воли, которая упорядочивает мир, пробуждая жизнь и красоту. Этот бейт служит прологом, приглашая нас увидеть в весеннем саде, описанном в последующих строках (бейт 2, 3), не просто цветы, а знаки высшей власти и искусства Творца, подобно тому, как воины Сулеймана видели в его перстне знак неоспоримого могущества.